consi

Пытки и жестокое обращение
ЧТО ТАКОЕ ПЫТКИ И БЕСЧЕЛОВЕЧНОЕ И УНИЖАЮЩЕЕ ДОСТОИНСТВО ОБРАЩЕНИЕ PDF Печать E-mail
Автор: Administrator   
22.03.2013 16:04

ЧТО ТАКОЕ ПЫТКИ И БЕСЧЕЛОВЕЧНОЕ И УНИЖАЮЩЕЕ ДОСТОИНСТВО ОБРАЩЕНИЕ

Как правило, юридическая литература и правовые акты используют понятия пыток, бесчеловечного обращения и унижающего достоинство обращения. Хотя они различаются в зависимости от определенных критериев, эти понятия содержат общие элементы. По этим соображениям, в дальнейшем по тексту, для всех видов пыток, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения, будет использоваться обобщающий термин «жестокое обращение».

Во-первых, следует отметить, что не каждое насильственное, неприятное, аморальное или оскорбительное обращение, поведение или элемент или подвергание невыгодному положению, физического либо психического характера, квалифицируется как проявления жестокого обращения. Для того чтобы обращение считалось «жестоким», оно должно превысить некоторый минимальный уровень жестокости. Превышение минимального уровня жестокости определяется в каждом конкретном случае, индивидуально, в зависимости от всех обстоятельств дела и личности, того который жалуется на жестокое обращение. (Kudła v. Poland [GC], no. 30210/96, ECHR 2000-XI, Rusu v. Moldova, no. 3479/04, 15 January 2008) Например, длительное неисполнение судебного решения не считается бесчеловечным или унижающим достоинство обращением, даже если это вызывает определенную степень фрустрации и может предполагать нарушение права на справедливое судебное разбирательство. (Popov v. Moldova (no. 1), no. 74153/01, 18 January 2005) Кроме того, как отмечалось выше, страдания присущие применению законных мер или наказаний, не могут рассматриваться как жестокое обращение. Например, в деле Kudła, указанном выше, Европейский Суд отметил, что сам факт содержания лица, осужденного за преступления, не означает, что оно представляет собой жестокое обращение.

Возвращаясь к трихотомической сущности понятия жестокого обращения, заметим, что оно следует из формулировки статьи 5 Всеобщей декларации прав человека и статьи 3 Европейской конвенции о правах человека (ЕКПЧ), а также юриспруденции Европейского Суда относительно толкования и применения последней. Таким образом, во многих случаях, Европейский Суд отметил, что применение в тексте статьи 3 ЕКПЧ, трех различных терминов - пытки, бесчеловечное обращение и унижающее достоинство обращение - не случайно. Очевидно, при подготовке текста статьи 3 ЕКПЧ, было намерение, чтобы посредством этого разграничения, особое внимание уделялось пытке, то есть бесчеловечному или унижающему достоинство обращению, вызывающее лицу очень сильные и жестокие страдания. (Ireland v. the United Kingdom, 18 January 1978, Series A no. 25, Corsacov v. Moldova, no. 18944/02, 4 April 2006)

Далее будут описаны отдельно понятия пыток, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения.

ПЫТКИ

Согласно Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (КПП), принятая в 1984г., «пытка» означает «любое действие, которым какому-либо лицу умышленно причиняется сильная боль или страдание, физическое или нравственное, чтобы получить от него или от третьего лица сведения или признания, наказать его за действие, которое совершило оно или третье лицо или в совершении которого оно подозревается, а также запугать или принудить его или третье лицо, или по любой причине, основанной на дискриминации любого характера, когда такая боль или страдание причиняются государственным должностным лицом или иным лицом, выступающим в официальном качестве, или по их подстрекательству, или с их ведома или молчаливого согласия». В это определение не включаются, то есть, не считаются пыткой боль или страдания, которые возникают лишь в результате законных санкций, неотделимы от этих санкций или вызываются ими случайно.

Определение пытки, которое можно выделить из статьи 1661 часть (3) Уголовного кодекса Республики Молдовы, практически идентично тому, которое дает нам КПП. Законодательная техника этой статьи, также отражает различия между пытками и другими проявлениями бесчеловечного или унижающего достоинство обращения. Пытки определены в отдельной части этой статьи и считаются серьезной формой жестокого обращения и соответственно, уголовное наказание применимое к пыткам значительно выше, чем за бесчеловечное и унижающее достоинство обращение.

Нет строго зафиксированных критериев, по которым следует определять жестокое обращение как пытки. Однако, как показано в практике Европейского Суда, решающим фактором в этом отношении является интенсивность страданий причиненных жертве. (Selmouni v. France [GC], no. 25803/94, ECHR 1999-V) Кроме того, нужно обратить внимание на то, что пытки применяются всегда намеренно. Эта черта истекает из определения пыток в статье 1 КПП, а также из юриспруденции Европейского Суда. (Corsacov v. Moldova, no. 18944/02, 4 April 2006) Дополнительным критерием для оценки жестокого обращения как пытки, может быть цель его применения, в частности, когда речь идет о применении жестокого обращении с целью вынудить жертву признать вину совершения преступления. Однако даже если насилие применялось с целью заставить жертву дать показания, но интенсивность страданий не достигло необходимого порога, жестокое обращение не будет квалифицировано как пытки, а как бесчеловечное или унижающее достоинство обращение. (Davydov and Others v. Ukraine, nos. 17674/02 and 39081/02, 1 July 2010) Наоборот, вышеуказанное дело Selmouni может служить примером, когда даже если здоровью потерпевшего не был нанесен значительный урон, интенсивность и жестокость страданий могут привести к оценке жестокого обращения как пытки.

Интенсивность страданий жертвы пыток будет определяться в зависимости от всех обстоятельств, учитывая различные объективные и субъективные аспекты:

- частота, сила и специфика нанесенных ударов. Например, удары по ступням (практика знакомая под названием falaka) является одной из особо осуждаемых форм жестокого обращения (Salman v. Turkey, [GC], nr. 21986/93, ECHR 2000-VII);

- предметы, используемые палачами, например, когда ставят острые предметы под ногти (Lenev v. Bulgaria, no. 41452/07, 4 December 2012);

- методы применения насилия и жестокого обращения, такие как, подвешивание жертвы за связанные за спиной руки („Палестинская виселица”, встречаемая в деле Aksoy v. Turkey, 18 December 1996, Reports of Judgments and Decisions 1996-VI, подвергание жертвы электрическому току (Buzilov v. Moldova, no. 28653/05, 23 June 2009);

- длительность обращения. В деле Ilaşcu and Others v. Moldova and Russia [GC], no. 48787/99, ECHR 2004-VII, длительный период применения жестокого обращения над заявителями Илашку и Иванцок был одним из мотивов убедивших Европейский Суд квалифицировать его как пытки;

- последствия жестокого обращения для физического и психического здоровья жертвы (например, инвалидность вызванная избиением - Gurgurov v. Moldova, no. 7045/08, 16 June 2009, а также Savin v. Ukraine, no. 34725/08, 16 February 201);

- пол, возраст и состояние здоровья жертвы (Peers v. Greece, no. 28524/95, ECHR 2001-III);

- особо омерзительный и циничный характер поведения истязателей, такие как изнасилование юной девушки государственными лицами, во время ее содержания под стражей в их власти (Aydın v. Turkey, 25 September 1997, Reports of Judgments and Decisions 1997-VI) или манера принудительного кормления заключенного, которое не представлялось необходимым действительными медицинскими причинами, сопровожденное физической болью и унижением (Ciorap v. Moldova, no. 12066/02, 19 June 2007);

- другие.

БЕСЧЕЛОВЕЧНОЕ ОБРАЩЕНИЕ

Бесчеловечным обращением считаются действия, которые причиняют жертве травмы или страдания физического и морального характера. Это определение является довольно широким, что связано с обширной областью применения правовых положений о запрещении пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения. Формы, которые может принимать бесчеловечное обращение, настолько разнообразны, что любая попытка дать им точное определение, предполагает риск исключить определенные поведения или ситуации, которые могут рассматриваться в качестве таковых. В то же время, однозначно, что бесчеловечное обращение должно превышать минимальный уровень жестокости, о котором писалось выше, но бесчеловечное обращение не вызывает настолько сильные и серьезные страдания, чтобы квалифицировать его как пытки. Другими словами, бесчеловечное обращение это жестокое обращение, которое посягает на физическую и моральную неприкосновенность личности, превышает минимальный уровень жестокости, но проявляется в менее серьезной форме, чем пытки.

Из практики Европейского Суда можно извлечь следующие проявления бесчеловечного обращения (естественно список не является и не может быть исчерпывающим):

- избиение (применение ударов) и другие формы физического насилия;

- чрезмерное использование силы при задержании лица, или при других обстоятельствах, когда применение насилия разрешено законом, но сила, к которой прибегают, явно несоразмерна ситуации (Rehbock v. Slovenia, no. 29462/95, ECHR 2000-XII, Victor Savitchi v. Moldova, no. 81/04, 17 June 2008);

- неадекватные условия содержания заключенных (Ostrovar v. Moldova, no. 35207/03, 13 September 2005);

- неоказание медицинской помощи и/или отсутствие адекватной медицинской помощи заключенным (Paladi v. Moldova [GC], no. 39806/05, 10 March 2009). В некоторых случаях, состояние здоровья лица может быть несовместимым с временным содержанием под стражей. Например, эпилепсия, проявляющаяся в частых припадках, может потребовать специального лечения, которое не доступно в следственном изоляторе. Неоправданная задержка перевода в специализированное учреждение и неоказание специальной медицинской помощи может представлять собой бесчеловечное обращение. (Oprea v. Moldova, no. 38055/06, 21 December 2010);

- оставление жертвы под стражей тех лиц, которые ранее применяли плохое обращение относительно жертвы, действие которое можно рассматривать как продолжение уже примененного жестокого обращения (Levinţa v. Moldova, no. 17332/03, 16 December 2008);

- незаконное содержание в психиатрической больнице и подвержение принудительному психиатрическому лечению, в произвольной манере, без медицинской необходимости применения лечения такого рода (Gorobet v. Moldova, no. 30951/10, 11 October 2011);

- длительное игнорирование жалоб заявительницы, которая утверждает, что ее сын был похищен в ее присутствии, отсутствие адекватного расследования инцидента и информации о ходе данного расследования (Kurt v. Turkey, 25 May 1998, Reports of Judgments and Decisions 1998-III);

- принужденное вызывание рвоты не по медицинским (лечебным) причинам, а с целью получения доказательств, которые можно было бы получить прибегая к другим, менее ущемляющим методам (Jalloh v. Germany [GC], no. 54810/00, ECHR 2006-IX);

- уничтожение жилища путем поджога, а также всего находящегося внутри имущества, принедлежащие пожилому лицу (70 лет), в его присутствии, и в совокупности с его оставлением без укрытия и поддержки, а также принуждением покинуть село и сообщество в котором лицо проживало в течение всей жизни (Dulaş v. Turkey, no. 25801/94, 30 January 2001);

- выдача или высылка в страну, в которой данное лицо рискует быть подвергнуто бесчеловечному или унижающему достоинство обращению. В деле Soering v. the United Kingdom, 7 July 1989, Series A no. 161, относительно выдачи заявителя в США, где существовал риск что к нему будет применятся наказание смертной казнью, Европейский Суд установил что сам факт проведения длительного периода времени в «смертном ряду» (в ожидании исполнения наказания) считается бесчеловечным или унижающим достоинство обращением. Также, высылка в страну, где существует риск исполнения наказания смертной казнью, установленной в результате произвольного судебного разбирательства идет вразрез с правом на жизнь и правом не подвергаться бесчеловечному или унижающему достоинство обращению. (Bader and Kanbor v. Sweden, no. 13284/04, ECHR 2005-XI)

УНИЖАЮЩЕЕ ДОСТОИНСТВО ОБРАЩЕНИЕ

По мнению некоторых авторов, унижающее достоинство обращение должно считаться наименее грубым по «шкале» нарушений статьи 3 ЕКПЧ. То есть, среди форм жестокого обращения, унижающее достоинство обращение считается менее серьезным, чем пытки и бесчеловечное обращение.

Унижающее достоинство обращение предполагает грубое посягательство на человеческое достоинство, порождает у жертвы чувства страха, тревоги и неполноценности; способно оскорбить и унизить жертву, обесценить ее человеческую суть; победить физическое и моральное сопротивление жертвы и заставляет ее действовать против своей воли или совести.

Публичный характер обращения может быть важным элементом для его определения, как унижающее достоинство, ибо унижение жертвы происходит в присутствии других людей. (Raninen v. Finland, 16 December 1997, Reports of Judgments and Decisions 1997-VIII) Но не обязательно чтобы обращение было публичным. Европейский Суд указал что, даже в отсутствии публичного элемента, обращение все равно может считаться унижающим человеческое достоинство. Достаточно чтобы «жертва чувствовала себя униженной в своих собственных глазах». (Tyrer v. the United Kingdom, 25 April 1978, Series A no. 26) Аналогичным образом, преднамеренный характер обращения будет учитываться, но не является строго необходимым для определения унижающего достоинство обращения. В упомянутом выше случае Peers v. Greece, Европейский Суд убедился в отсутствии какого либо желания властей унизить заявителя, но их бездействие в принятии мер по улучшению условий содержания заявителя все равно квалифицировалось как унижающее достоинство обращение.

Другими примерами унижающего достоинство обращения являются следующие ситуации:

• проведение телесного обыска лицом другого пола, с оголением жертвы, прикасаниями к ее гениталиям и пищи (Valašinas v. Lithuania, no. 44558/98, ECHR 2001-VIII);

• содержание лица в железной клетке и наручниках во время судебных заседаний (Ashot Harutyunyan v. Armenia, no. 34334/04, 15 June 2010), а также когда в похожей ситуации, медицинская помощь, например измерение кровяного давления, оказывается между прутьями клетки в присутствии всей публики (Sarban v. Moldova, no. 3456/05, 4 October 2005);

• содержание человека в наручниках в ходе публичных судебных слушаний, когда такая мера не является разумно необходимой для обеспечения безопасности и общественного порядка, или для надлежащего отправления правосудия (Gorodnitchev v. Russia, no. 52058/99, 24 May 2007);

• призыв и принуждение заявителя в возрасте 71 лет, к прохождению военной службы, в том числе с обязанностью участвовать в тренировках и учениях наравне с другими, намного более юными призывниками (Taştan v. Turkey, no. 63748/00, 4 March 2008).

Наконец, важно отметить, что запрет пыток, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения не распространяется только в отношении деяний, совершенных государственными лицами. Человеческая личность защищена этими положениями и в тех случаях, когда третьи (частные) лица посягают на физическую и психическую целостность. В таких случаях, на государство возлагаются позитивные обязательства принять меры по выявлению и наказанию тех, кто применил жестокое обращение против жертвы.

--------

[1] Если из контекста не представляется очевидным другое, ссылки в тексте предполагают постановления и решения Европейского Суда по правам человека. В зависимости от тематики, будут указываться, и соответствующие дела против Молдовы

[2] Статья 166(1) Уголовного кодекса Республики Молдовы внесено Законом №252 от 08 ноября 2012, опубликованным в Официальном мониторе Республики Молдова, 2012, №263-269, ст. 855

[3] Jean-Loup Charrier, Andrei Chiriac, Codul Convenţiei europene a drepturilor omului, LexisNexis SA, Paris, 2008; Corneliu Bîrsan, Convenţia europeană a drepturilor omului: comentariu pe articole, ediţia 2, Bucureşti: Editura C.H.Beck, 2010

Обновлено 30.03.2014 18:32
 


Наше видео

Национальные правозащитные организации

Международные правозащитные организации

Партнеры/Доноры